Конечно же, команда премьер-министра не может не учитывать социальную конъюнктуру. Тем более в период глобального кризиса. Поэтому левые лозунги звучат достаточно громко. "Налоги для простого гражданина не должны быть обременительными, а вот роскошь и сверхпотребление должны облагаться более высокими налогами", — заявил Владимир Владимирович. Потом добавил: "Мы обеспечим российскому бизнесу необходимое содействие. Однако и бизнес в свою очередь должен понимать, что прятать активы и деньги по офшоркам или уходить от социальных обязательств — это не по совести и недопустимо". Вполне вроде бы социал-демократическое заявление, но в современных российских реалиях оно звучит двусмысленно.

Любитель психоанализа обязательно обратил бы внимание на скверное словечко "офшорки". В контексте путинского стиля оно сильно отдает шантажом.

Экономист Михаил Делягин верно заметил неопределенность месседжа ВВП: "Если Путин имел в виду компенсационный налог — это хорошо. Это путь к укреплению частной собственности и рынка. Если Путин имел в виду собрать символический произвольный штраф — это другое". Не буду здесь вступать в дискуссию по поводу того, что укрепление частной собственности и рынка — это хорошо. А вот в том, что касается двусмысленности путинских заявлений, Делягин совершенно прав. Нас в данном случае интересует именно эта тема. "Раскулачивание" неугодных или не своих — постоянная практика существующего режима.

Нечто очень похожее на налог на роскошь есть и на Западе. Например, во Франции действует налог на богатство. Ранее его платили люди с состоянием от 800 тысяч евро, теперь — от 1,3 миллиона. Налогом облагается движимое и недвижимое имущество (дома, квартиры, сбережения в банках). Но Франция — страна с левыми традициями… В США налог на богатство заменен повышенной ставкой налога на добавленную стоимость на товары класса люкс. До начала кризиса американская модель налогообложения богатых была наиболее популярной на Западе.