Выводы из кризиса – глобальное кейнсианство

24 декабря 2010 - samoch

сокращенный вариант статьи

Я хочу предложить вашему вниманию две своих старых статьи, написанных еще в 90-х годах прошлого столетия.

Некоторые выводы, сделанные в них, оказались излишне оптимистичными. К примеру, я написал, что «рабовладение и феодализм в современной России постепенно уходят в прошлое». Однако, это не так – и рабовладение, и феодализм прекрасно существуют в современной России. Что же до вывода, о том, что феодальная составляющая зарплаты исчезла – полагаю, что она просто выпала из официальной статистики. Зарплата нелегальных гастарбайтеров вряд ли попадает в статистику. А уж данные о мафиозных рабовладельцах и их затратах на содержание рабской силы – тем более отсутствуют в статистике по зарплатам. Весьма вероятно, что данные о зарплате заключенных (затратах на их содержание) также не входят в статистику.

Тем не менее, статьи продолжают сохранять свою актуальность. Вопрос о социализме (Что же это такое? Были ли социализм в СССР? И так далее) до сих пор остается одним из самых дискуссионных в левом движении. Зачастую происходит идеализация СССР, особенно сталинского периода истории, тогда как зарплата в то время была весьма низкой, а экспроприируемый государством прибавочный продукт – наиболее высоким по отношению к выплачиваемой зарплате. Это ведет к взгляду на социализм, как на общество людей бедных, но равных – с небольшим разбросом в зарплате.

Как в старом анекдоте про внучку декабриста, которая увидела революционных рабочих в 1917 году, и спросила:

– Чего они хотят?

– Да вот, мадам, революция. Хотят, чтобы не было богатых, – ответили ей.

– Какой ужас! Мой дед-декабрист хотел, чтобы не было бедных.

Динамика изменения зарплаты в Советском Союзе по мере построения материально-технической базы социализма и увеличения богатства советского общества показывает, что этот взгляд на социализм абсолютно неверен. Наоборот – разброс по зарплате неуклонно нарастал. Однако и средняя зарплаты сдвигалась в сторону более высоких доходов. То есть социализм – это общество, где прежде всего устраняется бедность.

Опыт европейского социального государства всеобщего благосостояния (общества двух третей) также подтверждает этот взгляд.

Однако, вывод, который сделан в этих статьях – о необходимости кейнсианской экономической политики (вывод сделан для России со ссылкой на положительный опыт Европы) – требует некоторого уточнения. Допустим, наше правительство начнет, наконец, проводить кейнсианскую экономическую политику – накачивать экономику рублями в попытке ее раскрутить и вызвать экономический рост. Даст ли это необходимый эффект?

Я уже раньше высказывал некоторые сомнения по этому поводу. Отечественная промышленность лежит в руинах. На нас давит дешевый китайский импорт. А потому без протекционизма (закрытия границ или хотя бы уменьшения их пропускной способности) антикризисные меры правительства действительно будут бороться с кризисом неплатежей, но не у нас в России, а в Китае, раскручивая китайскую экономику. Если не полностью, то в значительной мере.

Разразившийся недавно и до сих пор продолжающийся мировой экономический кризис тем более заставляет сделать некоторые уточнения. Что произошло?

Успешная кейнсианская политика европейских стран во второй половине ХХ столетия позволила полностью блокировать периодические кризисы перепроизводства, столь сокрушительные для капитализма. Произошел переход европейских стран на новый формационный уровень – от неограниченного капитализма Европа перешла к социальному рыночному государству. Уровень благосостояния рядовых граждан европейских государств беспрецедентно возрос. И такая ситуация сохранялась все время, пока существовали две противоборствующие мировые группировки – Страны Варшавского договора и НАТО. Возникало ложное впечатление, что высокий уровень благосостояния европейских граждан не является необходимым условием успешной экономики, а есть простой рекламный ход европейской элиты, пропагандирующей прелести западного образа жизни в борьбе с советской угрозой. О страшном кризисе 1929 года и вынужденности реформ Рузвельта все как-то подзабыли.

А потому как только двухполярный мир рухнул, и отпала идеологическая необходимость поддержания высокого жизненного уровня европейских граждан, низовых агентов передовой современной экономики, то европейские элиты сразу же начали наступление на социальные завоевания трудящихся. Наступление шло и централизованно, в рамках правительственной политики разных стран, к примеру политики М. Тетчер, и стихийно, когда различные компании переносили свое производство из Европы куда-нибудь в Малайзию или Китай, выводя его из под высоких европейских налогов.

Это приводило, с одной стороны, к падению производства в Европе, следовательно, к снижению доходов рядовых европейцев, с другой – к росту общего мирового производства, за счет снижения издержек.

Я хотел бы, чтобы вы отчетливо осознали эти моменты.

Что такое высокие налоги? Это, кроме всего прочего, высокие социальные выплаты, то есть высокие доходы рядовых граждан.

Что такое низкие издержки? Это, кроме всего прочего, низкие зарплаты трудящихся.

Какое-то время такая политика действительно способствовала оживлению мировой экономики. Кризис, однако, не замедлил разразиться.

Итак, мы имеем тот же самый кризис, что периодически обрушивался на мировую экономику в конце XIX – начале ХХ веков, завершившийся, в конце концов, Великим кризисом 1929 года. Точно также и современный кризис отныне регулярно начнет к нам возвращаться, постепенно усиливаясь, пока не поставит мировую экономику на грань полного уничтожения. Отличие только в том, что тогда мировая экономика (ее развитое ядро) была сконцентрирована в Европе и США, теперь же мировое производство в значительной мере сбежало в так называемые «развивающиеся страны». А потому Рузвельт вполне мог ограничивать действие антикризисных мер только самими США, а европейское государство благосостояния создавало благосостояние только европейцам. Там, где производился основной мировой продукт, там и взимались высокие налоги, которые направлялись на социальные выплаты гражданам этих стран. А повышение доходов граждан передовых стран создавало вполне достаточную денежную массу, чтобы избежать кризиса неплатежей и раскрутить экономику. Положение остального мира, лежащего за пределами передовой экономики, не оказывало заметного влияния на эту картину.

Когда же мировое производство было перенесено в развивающиеся страны, но это не сопровождалось одновременным повышением доходов граждан этих стран, разразился кризис. Можно констатировать – высокие доходы трудящихся современной экономики, а также остальных граждан государств, включенных в современную экономику, является непременным условием самого существования современной экономики.

Впрочем, проблема не так просто решается в современных условиях. Что надо делать, чтобы исключить возможность повторения кризиса? Необходимо часть налогов, взимаемых, к примеру, в Европе, направлять на социальные выплаты гражданам, к примеру, африканских стран. Не только африканских – Китая, России, Индии, арабских стран, Латинской Америки и так далее. Необходимо формировать мировой платежеспособный спрос. Именно в этом заключается требование современного экономического развития. Но возможно ли такое в современном разрозненном многополярном мире? Решительно сомневаюсь.

Итак, можно констатировать – лозунг Соединенных Штатов Европы, выдвинутый Мировым Левым Движением в конце XIX столетия, к настоящему времени полностью реализован в виде современного европейского социального государства. Следом произошло объединение Европы в Европейский Союз.

На повестку дня выходит создание Соединенных Мировых Штатов, проведение последовательной кейнсианской политики в мировом масштабе и повышение общего благосостояния граждан Земли.

Можно ожидать, что такой проект встретит значительное сопротивление. Однако периодически возвращающийся экономический кризис непременно поставит мировую экономику на грань тотального уничтожения и заставит нас создать Мировое государство для того, чтобы любой негр в джунглях какого-нибудь Таиланда в случае потери работы смог бы получать пособие по безработице, достаточное для поддержания современного европейского уровня жизни.

Лысая Гора

← Назад